БЕН ВАРДАНЯН В «РОДИНЕ СЛОНОВ»

Как индоевропейцы-степняки повлияли на культуру и жизнь обитателей Армянского нагорья? В какую международную коалицию эпохи Поздней бронзы входили царства Армянского нагорья – египетско-митаннийскую или хеттскую? Почему земледельцы эпохи Ранней бронзы ушли в горы и начали заниматься пастушьим скотоводством, забросив свои большие города?

Об истории Армянского нагорья эпохи Великих пирамид, Третьей Династии Ура и Микенской цивилизации рассказывает Бен Варданян, научный сотрудник Ширакского центра армяноведческих исследований, научный сотрудник Института археологии и этнографии НАН РА, научный сотрудник Музея истории Армении.

Стенограмма эфира программы «Родина слонов» с Беном Варданяном, научным сотрудником Ширакского центра армяноведческих исследований, научным сотрудником Института археологии и этнографии НАН РА, научным сотрудником Музея истории Армении.

М. Родин: Любой человек, который разбирается в истории, знает, что история любой страны не укладывается ни в её современные территориальные границы, ни в тот срок, в который она существует под современным названием. Исторические процессы просто не укладываются в это прокрустово ложе. Если вы хотите разобраться в том, как формировалась культура и самосознание любого народа, нужно включать в анализ гораздо более широкую территорию, чем ту, которую сейчас занимает этот народ, и копать нужно как можно глубже.

Сегодня мы поговорим об истории Армении в Бронзовом веке. Мы узнаем, в какую международную коалицию входили народы Армянского нагорья, в египетско-митаннийскую или хеттскую, и почему, узнаем, как индоевропейские кочевники повлияли на культуру и образ жизни народов Армянского нагорья. Ну и почему земледельцы ранней Бронзы вдруг бросили свои большие города и ушли в горы для того, чтобы заниматься пастушечьим скотоводством. Об этом всём нам расскажет армянский археолог Бен Варданян.

Давай начнём с общей характеристики. Мы будем начинать со Средней бронзы. Куда распространялись культуры, связанные с Армянским нагорьем, и какую зону занимал примерно одинаковый культурный ареал?

Б. Варданян: Это очень интересный вопрос, поскольку в археологии Армянского нагорья самым явным примером этого явления является эпоха Ранней бронзы, куро-араксская культура, чья первичная эпоха совпадала с физическими границами Армянского нагорья.

Но уже в начале III тысячелетия она распространилась до Северного Кавказа, дошла до Дагестана, там великентская культура, полу-куро-араксская, полулокальная культура. К востоку доходила до Апшеронского полуострова, на юге – до Загросских гор. На западе доходила до Средиземноморья, до Палестины и Израиля, где называется хирбет-керакская культура.

Примерно тысячелетие куро-араксская культура Ранней бронзы существовала на территории Армянского нагорья, и почти не было явных изменений в архитектуре, в керамике, в обработке бронзы и в социальном строе этого общества. 

Средняя бронза – это уже эпоха сегментации культуры. В Армянском нагорье, где раньше была гомогенная куро-араксская культура Ранней бронзы, мы видим уже раздробленные культуры Средней бронзы.

М. Родин: Ты говоришь, что куро-араксская культура гомогенна и занимала огромные пространства, от Северного Кавказа до Средиземноморья.

Б. Варданян: Но надо учесть, что корни этой культуры находились в Армянском нагорье.

М. Родин: Да.

Насколько это всё гомогенно? Это один хозяйственно-культурный тип, который делал похожей эту культуру, или это действительно единый, если так можно говорить о тех временах, народ с одним языком, культурой, генетикой?

Б. Варданян: Про язык этой культуры мы не знаем, поскольку нет письменных источников. Но генетика в последние годы занимается вопросом, какие гаплогруппы у носителей куро-араксской культуры.

Гомогенной её делает характеристика материальной культуры. Если мы возьмём керамику, она везде одинакова. Это чёрнолощёная керамика трёхчастная, внутри – либо краснолощёная, либо красная, либо чёрная. Но основные формы и орнаменты очень похожи. Как они строили дома, металлообработка, социальный строй без явного социального расслоения. Это делает эту культуру гомогенной на протяжении своего существования.

М. Родин: У них была единая генетика? Как она восходит к предыдущим и последующим временам? Это пришлые люди относительно охотников-собирателей?

Б. Варданян: По данным новых генетических исследований, носители культуры Ранней бронзы – потомки носителей раннеземледельческих культур неолита и энеолита на территории Армянского нагорья. Там есть отдельная гаплогруппа. 

Но по последующей культуре Средней бронзы уже много вопросов задаётся. По разным причинам меняется культура. Меняются климатические условия. И принципы постройки жилищ, экономики, социальный строй, погребальный обряд – всё меняется. Появляется новая практика погребений в больших курганах. Появляются погребения на повозках, в колесницах. Начинается использование дорогих металлов как символов статуса. Появляются и другие аспекты, которые заставляют задаваться вопросом про новое этническое присутствие в этом регионе. И это уже по генетическим данным совпадает с приходом ранних индоевропейских племён с протоармянскими носителями индоевропейского языка.

Является ли этот вопрос окончательно решённым? Рано про это говорить. Есть статьи, которые уже связывают носителей триалети-ванадзорской культуры с носителями протоармянского языка.

М. Родин: Я правильно понимаю, что это приходит импульс с севера, из причерноморских, прикаспийских степей?

Б. Варданян: По данным последних генетических исследований Лазаридиса, Хаака и других, в генетике населения Армянского нагорья присутствует степная примесь ямников. Но сейчас я, как археолог, который занимается местной археологией, не могу напрямую связать присутствие или появление триалети-ванадзорской культуры или севано-арцахской культуры (это другая синхронная с триалетской культура) с новым этническим присутствием с севера. Но то, что есть импульсы с севера, и одновременно – импульсы с юга – это говорит о вхождении в интернациональную торговлю и обмен идей.

Если смотреть конструкцию погребений, то они дальними характеристиками напоминают погребения общеиндоевропейской прародины. Одновременно в таких курганах появляются вещи переднеазиатского происхождения. Например, карашамбский курган, триалетские курганы и ванадзорские курганы, где есть погребения на повозках, или имитации повозок. Но есть там и предметы переднеазиатского типа: серебряные секиры, рапиры, украшения, которые имеют явные параллели в Третьей династии Ура.

Это уже говорит о том, что носители триалети-ванадзорской культуры, если и были потомками индоевропейских переселенцев, уже ассимилировались в местную культуру и имели уже торговые связи с Передней Азией, с Малой Азией, с микенской Грецией, показывают явное сходство с переднеазиатскими культурами. 

М. Родин: Мы когда снимали в Масис Блуре, Кристина рассказывала о том, что уже тогда прослеживаются связи с той же самой Месопотамией. Здесь они, я так понимаю, продолжаются. Можешь рассказать о товаропотоках?

Б. Варданян: Интересно это время ещё в том, что на территории Армении в современных границах нет письменных источников, но в западных регионах Армянского нагорья есть письменные источники уже для начала II тысячелетия до н.э. Там существовала ассирийская торговая колония Кюльтепе (Канеш) в Малой Азии, где ассирийские купцы торговали с племенами восточной Малой Азии и западного региона Армянского нагорья.

Эти источники называются в историографии каппадокийскими табличками. И в этих источниках упоминаются разные предметы и товары, которыми племена западных регионов нагорья торговали с ассирийцами.

Например, это была шерсть, серебро, медь, дерево, повозки. Это то, что население Армянского нагорья могло в то время экспортировать. Если мы сопоставим эти письменные источники, например, когда говорится, что из города Тегарама или из города Самуха очень большое количество шерсти импортировали, и сопоставим синхронные данные из поселений современной Армении, например, из Арагацавана или Тлика, где мы с моей коллегой Мариам Шахмурадян копаем поселения Средней бронзы, мы там видим большое количество костей мелкого рогатого скота. А крупного рогатого скота в два раза меньше, чем мелкого рогатого скота. Это показывает, что в это время (XX-XVII вв. до н.э.) популяция имела склонность экспортировать шерсть как основной продукт. Эти данные очень хорошо совпадают. Плюс к этому можно добавить серебро, медь и другие натуральные ресурсы нагорья.

А что они получали оттуда – тоже интересный вопрос. Социальная стратификация в эпоху Средней бронзы уже хорошо прослеживается. Мы видим, например, в Карашамбском кургане, что владелец карашамбского кубка и серебряной секиры имел тот же статус, что и, например, цари Третьей династии Ура. Поскольку сохранился письменный источник и мы очень хорошо знаем имена и историю тех царей, а у нас не сохранилось письменных источников. Но карашамбский кубок, конструкция погребения и серебряная секира, на параллелях которой стоит имя царя Шульги – не может иметь человек низкого статуса такую вещь, которую имеет самый влиятельный человек из Месопотамии. Так что мы видим, что уже в эпоху Средней бронзы в этом регионе образуется социальная стратификация и появляются первые маленькие ранние государства.

М. Родин: В Ранней бронзе была гомогенная куро-араксская культура. Она была распространена на большие пространства. Но я правильно понимаю, что это были отдельные племена и поседения, которые никак не связаны между собой государственной властью?

Б. Варданян: Говорить о государственности в Раннюю бронзу пока воздерживаемся. Поскольку явных параметров для этого нет. Там скорее культурно-историческая общность, чем общество, имеющее государственность. Там была очень эгалитарная социальная стратификация. Были центральные поселения, например, Шенгавит, Карнут, Гехарот и т.д. И были поселения-спутники, расположенные вокруг этих больших поселений. Гомогенность этой культуры заключается в том, что эти все поселения были связаны друг с другом.  

Но одновременно, если мы возьмём территорию современной Армении, наши коллеги старшего поколения сделали типологию керамики. И уже понятно, что несмотря на то, что керамика в общих чертах гомогенная, есть локальные группы. И это вполне логично, поскольку горная местность приводит к разделению материальной культуры так же, как языка. Возьмём ситуацию с языком у современных армян: каждый регион имеет свой диалект, который иногда очень трудно понять жителю соседнего региона.

М. Родин: Гюмри здесь вроде бы недалеко, но там полно своих слов!

Будем переходить к Средней бронзе. В районе 2400 года до н.э. что-то случилось. Эта гомогенная общность распалось. И даже хозяйство изменилось. Что изменилось и почему?

Б. Варданян: На этот вопрос пытаются ответить специалисты разных областей: генетики, археологи, климатологи, историки. Геологи даже присоединялись к этому вопросу. Было, по-видимому, несколько причин для изменения культуры Ранней бронзы. И не только в нашем регионе, но и в Передней Азии тоже очень многое изменилось.

Очень важную роль играло переселение народов, которое было результатом изменения климатических условий. И здесь, и в северных степях. Изменение климата на территории Армянского нагорья поменяло распределение популяций в долинах и предгорьях. Уже в XXIV-XXIII веках до н.э. мы не видим больше таких больших, плотно заселённых поселений, как Шенгавит, Карнут, Мохраблур, Гюльтепе в Нахичевани и др.

В то же время мы видим появление погребений в больших курганах, иногда на четырёхколёсных повозках. Это новое явление. И за счёт этого была определена новая культура, культура ранних курганов, раннекурганный период, который является переходным периодом от Ранней бронзы к Средней. С другой стороны, он имеет самостоятельные черты.

Отчего это всё случилось – сказать окончательно мы сейчас не можем из-за недостатка данных. Играло роль изменение климата, экономика, наверное, генетика (изменение этнического состава) и другие аспекты, которые нужно ещё исследовать. Но здесь важно сказать, что после изменения образа жизни основного населения пост-куро-араксской эпохи мы видим стабилизацию примерно в XXII-XXI веках до н.э. Мы видим, что появляются поселения, которые показывают полукочевой образ жизни. Половину года они жили в низменностях на полях, половину года – в горах, где содержали мелкий рогатый скот. Как и сейчас это у нас популярный вид скотоводства. Или межрегиональные передвижения из южных регионов в северные были основным аспектом экономики в Среднюю бронзу.

В последние годы изучения двух поселений в среднем течении реки Ахурян, Тлик и Арагацаван, с моими коллегами мы там работали с целью исследовать «Пустынных змеев». И в контексте этих памятников мы обнаружили поселения Средней бронзы триалетской культуры.

М. Родин: «Пустынные змеи» – это какие-то культовые сооружения?

Б. Варданян: Это что-то очень интересное и пока непонятное. Есть разные точки зрения на эти памятники. Это могут быть культовые сооружения, сооружения для охоты.

Эти поселения показывают многократное использование этой территории. Эти территории по своим геологическим, климатическим условиям очень удобны для такого образа жизни. Там есть маленькие речки, есть поля, где можно пасти скот. Это как полуальпийский регион в то время. И мы видим концентрацию на территории Армении триалети-ванадзорских курганов в альпийских регионах. Например, Амасия, лорийско-тавушский регион, где до сих пор основной вид скотоводства – это мелкий рогатый скот. И эти низменности как будто являются центрами маленьких среднебронзовых царств.

Что повлияло на изменение культуры – это тоже интересный аспект. Мы видим большие курганы в южной Грузии, в Армении, во всех регионах, даже в Западной Армении тоже. Это погребения – большие курганы с земляными насыпями. Погребения происходили на четырёхколёсных повозках. Иногда по три-четыре повозки одновременно на одной могиле. Начинает использоваться золото, серебро. Появляется социальная стратификация. По-видимому, на таких повозках погребали представителей высшего слоя социальной иерархии. И очень интересно, что в этих погребениях мы видим кремацию – очень новое явление для погребального обряда Армянского нагорья. Мы видим использование бронзовых котлов, крюков, жертвоприношения крупного рогатого скота, что указывает на индоевропейские погребальные обычаи.

Триалети-ванадзорская культура названа в честь двух основных памятников: Триалети в Грузии и Ванадзора в Армении. Было мнение, что она началась в южной Грузии и постепенно распространялась в Армению. Но последние исследования показывают, что эта культура существовала синхронно и в Армении, и в Грузии и имела одинаковый темп развития. Карашамбский, триалетский серебряные кубки показывают синхронность и общие тенденции развития культуры, общение с переднеазиатскими, малоазиатскими, греческими территориями, которое подготавливает население к интернационализму Поздней бронзы.

Но одновременно с триалети-ванадзорской культурой там существовали и другие культуры. Например, севано-арцахская культура.

М. Родин: Переход от чистого земледелия к полукочевому хозяйству – это упрощение или просто реакция на изменение внешней среды?

Б. Варданян: Это, с одной стороны, упрощение образа жизни. Но, с другой стороны, это повлекло за собой углубление стратификации общества. В куро-араксской культуре нет такого эпичного погребального обряда с золотом, колесницами, повозками, жертвоприношениями, бронзовыми предметами. Основные ресурсы тратились не на погребальный обряд, а на жизнь. А в Среднюю бронзу это всё меняется. Образ жизни перешёл от земледелия к полукочевому. Это изменило образ общества. Появилась стратификация, которая делает общество более развитым, сильнее интегрирует его в мировую экономическую систему.  

Было много теорий про куро-араксскую миграцию. Например, что была миграция мастеров, которые переселились, например, с территории Сирии, Палестины (хирбет-керакская культура), или это была миграция всего населения. Там разные аспекты, не будем в этот вопрос углубляться. Но в пост-куро-араксское время, в Среднюю бронзу, общение было уже на равных. Здесь появляются царства разных масштабов, и они уже общаются с эквивалентами в Передней Азии, Месопотамии, Малой Азии, и т.д.

М. Родин: То есть ты имеешь в виду, что местные общества становятся на ту же «стадию развития» (сейчас уже так не принято говорить).

Б. Варданян: Да. Происходит усложнение общества. И примерно с XXIII века до н.э. мы видим уже стратифицированное сложное общество.

М. Родин: Если мы говорим про курганную культуру, у нас есть следы того, что пришли (условно) завоеватели, новая элита, которые захватывают власть, местное население становится на уровень ниже, а пришедшая из степной зоны, видимо, индоевропейская элита составляет верхний слой?

Б. Варданян: Сейчас на этот вопрос ответить очень сложно, поскольку сопоставить и исследовать разные слои общества триалети-ванадзорской культуры мы не можем, поскольку те погребения, которые у нас есть, это в основном кремирования. В основном то, что есть – это элитные погребения. У нас есть похожая ситуация в северной Месопотамии, южнее Армянского нагорья: Митаннийское царство, где верхушка этого царства была индоевропейцами, а основное население – хурриты. И только потом, после ассимиляции, власть перешла к хурритам. Но у нас нет антропологического материала, чтобы узнать, была ли общая генетика у кремированных повелителей триалети-ванадзорской культуры и людей в маленьких погребениях этого же времени.

У хеттов всё было очень просто. Первые индоевропейцы-хетты появились в Малой Азии в конце III-начале II тысячелетия, и они ассимилировали хаттское население, которое было местной культурой. Они добавили в неё свою индоевропейскую культуру, и получилась хеттская культура, которую мы знаем. То есть хаттская культура растворилась в хеттской культуре.

Чтобы сказать, что в случае с триалети-ванадзорской культурой такая же ситуация, у нас нет ни письменных источников, ни других. Изобразительная антропология и материальная культура показывают генетическую связь с керамикой Ранней и Средней бронзы. Мы видим, что керамика Средней бронзы возникла не на пустом месте. Это продолжение тысячелетней куро-араксской культуры.

В эпоху Поздней бронзы есть погребения элиты и есть погребения не элитные. И сейчас идут генетические исследования элитарных и не элитарных погребений чтобы увидеть, есть ли у них генетические различия.

М. Родин: Насколько я понимаю, в эпоху Средней бронзы поменялось и ремесло. Произошёл технологический сдвиг. Если в Ранней бронзе использовали мышьяковистую бронзу, то теперь начали оловянную. Это откуда-то заимствовали, или это возникло здесь? И что это изменило в обществе, в международных связях?

Б. Варданян: Металлообработка Средней бронзы – это в основном обработка золота и серебра. Там есть и бронза. Бронза в очень обильном количестве встречается в погребениях. Секиры, разные виды вооружения, украшения и т.д., которые в своей морфологии являются продолжением куро-араксской традиции в некоторых ситуациях. Но появляются и новые формы, например, крюки, котлы.

Технологический аспект перехода от мышьяковистой бронзы к оловянной бронзе – это другой вопрос. Он произошёл ещё в Раннюю бронзу. Первая фаза куро-араксской культуры – это мышьяковистая бронза. Потом уже оловянная. То есть у нас это случилось немного раньше.

В Среднюю бронзу металлообработка идёт ещё дальше. Появляются новые сплавы, например, электрум. Это сплав золота и серебра. Всемирно известный карашамбский кубок, источник по иконографии, мифологии, сделан из этого сплава.

М. Родин: А олово есть на Армянском нагорье? Или потребовались новые связи, чтобы откуда-то его доставлять?

Б. Варданян: Этот вопрос нуждается в дальнейших углублённых исследованиях. В советское время было обнаружено большое количество олова в погребении Лчашена. Была попытка найти месторождение этого олова. Конечно, Армянское нагорье не богато оловом. Но есть локальные месторождения. То, что оно использовалось в маленьких количествах, может говорить об использовании местных источников. Но надо в дальнейшем междисциплинарно исследовать этот вопрос. Сейчас, насколько мне известно, не было исследований, откуда бралось олово для отливки бронзы в эпоху Средней или Поздней бронзы. Есть два варианта: либо из локальных месторождений олова, либо оно экспортировалось. Сейчас у нас данных об этом нет. Это один из открытых вопросов армянской археологии. 

М. Родин: Насколько я понимаю, маленькие локальные культуры, на которые разбивается Армянское нагорье – это раннегосударственные образования. Как они были устроены? Как были устроены их центральные города? Как жили эти люди?

Б. Варданян: Особенностью Средней бронзы является то, что у нас нет больших поселений типа Шенгавита, Карнута, Кюльтепе и т.д., которые были до этого. Но мы видим некрополи, где очень большое количество курганов триалетской эпохи. Это Триалети, это Лори Берд, это Карашамб, и т.д. И есть синхронная севано-арцахская культура: Сисианский некрополь, Лчашенский некрополь, и т.д.

Как они были устроены? По-видимому, это были локальные царства, которые распространялись в низменных долинах. Ширакская долина, Амасская долина, Таширская долина, Триалетская долина, Котайкская долина. Это предварительные рассуждения. Но это долины, в центре которых мы видим большие некрополи. Они указывают на то, что раннегосударственные образования Средней бронзы имели малые границы. Это похоже на то, что было в Месопотамии. Там раннегосударственные образования имели плюс-минус такие же границы, что и у владельцев долин на Армянском нагорье. И то, что мы видим у них эквивалентные статусы – это показывает, что здесь стратификация общества происходила по тем же меркам, что и там.

Но поскольку здесь очень много скоплений курганов, но у этих курганов мы не видим поселений, это ставит другой вопрос: где были поселения? Как должна выявиться социальная стратификация по данным поселений? Это один из открытых вопросов археологии Средней бронзы.

В течение долгого времени было такое мнение, что у этих культур не было основных поселений. Они вели полукочевой образ жизни, делали маленькие стоянки и двигались дальше. Но в последнее время появляются новые данные, поселения Тлик, Арагацаван, Тигранашен, Лори Берд, в Грузии очень много таких поселений начали открывать, Бериклдееби, и т.д., которые говорят о том, что они жили во одних регионах, а хоронили в других. Это пока что непонятно, по каким принципам они определяли место погребения вождей.

Приведу пример. Есть неисследованный некрополь в северном Шираке, называется Арташен. Там мегалитическое ограждение из трёх линий, вокруг которого идёт спор у археологов, является ли это мегалитами, или это противотанковое сооружение ХХ века, которое очень неправдоподобно.

Между этими ограждениями стоит несколько очень больших курганов с ритуальными дорогами, которые указывают на принадлежность к триалети-ванадзорской культуре, такой как Триалети, Лори Берд, Карашамб и т.д. Но в этом регионе мы не видим ни одного поселения.

М. Родин: Описанные тобой курганы внутри оборонительного кольца – это просто какие-то стенки, или это крепость?

Б. Варданян: Это ограждения некрополя. Такое мы видим в других регионах тоже.

Даже в Лори Берде, где раскопано свыше пятидесяти триалетских курганов, мы не видим поселений, где есть синхронный культурный слой. Но у нас есть поселения, например Арагацаван, где есть триалети-ванадзорский культурный слой. Но в окрестностях нет погребений триалетской эпохи. В этом феномене нужно будет разбираться.

М. Родин: А что мы можем сказать про эти поселения? Как они были устроены?

Б. Варданян: То, что мы копали – это поселения, существовавшие примерно 200-300 лет без остановки. Там прослеживаются культурные слои друг на друге. И по данным наших коллег, зоологов, геологов и других, основным занятием этого населения было скотоводство. Но есть данные и о земледелии: найдены зернотёрки, предметы для обработки зерна, и т.д. Они обрабатывали шерсть, кожу. Есть разные инструменты костяные и бронзовые. По-видимому, были каменные ограждения. У домов были полукруглые, полуквадратные, полупрямоугольные основания.

М. Родин: Большие они?

Б. Варданян: 3-5 метров в диаметре. Конкретики нет, чтобы сказать, что это типология среднебронзовых поселений. Эти агрикультурные дома, сплочённые друг с другом, и занимают небольшое пространство. В основном они расположены на склонах маленьких холмов, где очень легко защититься от ветра, где можно собрать в кучу мелкий рогатый скот.

М. Родин: То есть это небольшие усадьбы. Каменная ограда, внутри домик стоит и какой-то дворик. И они все скученные.

Б. Варданян: Это очень агломератические дома, которые друг к другу очень близко построены. Есть хлев, большое ограждение, где скапливается мелкий рогатый скот и так ночует. Такой облик имело сезонное поселение Средней бронзы.

Могло быть и по-другому в других поселениях. Мы обнаружили таких поселений примерно сто штук. Но исследовано пока два-три таких. Это говорит о том, что ожидается много новых данных по этому вопросу в будущем.

М. Родин: А в поселениях есть какой-нибудь центральный дом правителя, или может быть какие-то культовые сооружения?

Б. Варданян: Такое выявить для таких обществ невозможно. Поскольку правитель в таких обществах жил как остальные. Если обратиться к более поздним греческим письменным источникам, то правители были такими же пастухами, как и другие. Привилегированными были те, у кого было много скота. То есть пастух с большим количеством скота являлся предводителем общества. Эгалитарность Ранней бронзы сменяется сложной структурой общества. Но в Среднюю и Позднюю бронзу мы не видим дворцов. Но в Позднюю бронзу появляются цитадели, крепости, которые меняют эту ситуацию.

М. Родин: Поздняя бронза – это уже с 1500 года.

Б. Варданян: Да. Начиная с XV века до н.э. и до XIII века до н.э.

В этих поселениях, Тлик, Арагацаван, делали разведочные шурфы. И наши коллеги подсказали, что там очень долгое время держали скот. И во все времена, где мы видим использование этого места. И то, что в одной маленькой долине мы видим 10-15 таких маленьких поселений, говорит о том, что в Средний бронзовый век общество было разделено на маленькие группы-деревни, которые наверняка имели родственные связи.

М. Родин: Вспоминается Одиссей, который великий царь, но живёт вместе со своими козами!

Давай переходить к Поздней бронзе. Что изменилось? Эта эпоха называется «эпохой интернационализма». Почему?

Б. Варданян: В эпоху Поздней бронзы изменяется почти всё. Триалети-ванадзорская культура, севано-арцахская культура, кармирванкская культура, кармир-бердская культура или севано-урмийская культура начинают объединяться. На территории всего горизонта Армянского нагорья мы видим уже новую гомогенную культуру Поздней бронзы, которую наши коллеги называют лчашен-мецаморской культурой. Основные памятники этого времени – Лчашен и Мецамор.

В Позднюю бронзу появляются обширные поселения. В них концентрируется большое количество населения. Появляются укреплённые поселения. Появляются большие некрополи вокруг этих поселений. Мы помним, что в предыдущую эпоху поселения были в одних регионах, а некрополи – в других. В Позднюю бронзу появляются основные аспекты стратификации общества. И если взять для сравнения некрополь Лори Берда или Лчашена и некрополь Ширакавана и некрополь Артика или Лернакерта, мы видим, что во всех этих синхронных обществах были люди с одним и тем же привилегированным статусом, для погребального обряда которых обязательной чертой было, например, использование колесниц или колесничного транспорта.

Но одни, исходя из своих ресурсов, могли позволить себе поставить целую колесницу, а другие, не обладавшие таким богатым ресурсом, например ширакаванское, или лернакертское, или артикское поселения, использовали символику колесничного транспорта вместо целой колесницы.

Это показывает, что расслоение и привилегированность на территории всей культуры Поздней бронзы были обязательными. Это говорит об единых этнических и религиозных представлениях населения региона. Это было некой единой культурно-исторической общностью. Материальная культура становится похожей друг на друга. Металлопроизводство становится почти одинаковым, типичным. Керамика одинаковая от Куры до Аракса.

Почему это эпоха интернационализма? По сравнению с предыдущей среднебронзовой эпохой, где мы видим предметы переднеазиатского происхождения в единичных погребениях, например, в Карашамбском кургане или в лори бердских курганах. Но уже в Позднюю бронзу, XV век до н.э., мы видим обильное количество предметов митаннийского, вавилонского, египетского происхождения в погребениях и на поселениях. Например, в некоторых курганных погребениях с элитными атрибутами Мецамора, Лори Берда, Лчашена, Артика, Карашамба мы видим печати митаннийского происхождения.

Есть золотые украшения переднеазиатского происхождения, египетского, митаннийского влияния из Мецамора, Лори Берда, Лчашена, других памятников, Ширакавана.

Есть гиря в виде лягушки из Мецамора, которая имеет вавилонское происхождение. Египетские печати Тутмоса III, и т.д.

Сопоставление этих предметов и данных, с одной стороны, показывает, как племена куро-араксского междуречья в эпоху Поздней бронзы общались и торговали с племенами и царствами Средиземноморья и Месопотамии, через какие регионы.

С другой стороны, это показывает принадлежность к политическим, экономическим фракциям, блокам. В XV веке до н.э. на Ближнем Востоке происходила борьба за власть и влияние. И там было образовано две фракции: митанни-египетская фракция против Хеттской державы. И Армянское нагорье физически близко к Хеттскому царству. Но в исследованиях памятников мы не видим ни одного хеттского предмета. Но есть большое количество митаннийских, египетских, вавилонских касситских предметов.

То есть правители Армянского нагорья присоединились к египетско-митаннийской фракции. И давали ресурсы взамен на политические или торговые связи.

Согласно хеттским и митаннийским письменным источникам, те, кто имели печати, были торговцами. Элитные погребения, которые есть у нас (Лори Бердские, Лчашенские, Мецаморские, Ширакаванские и т.д.), в которых есть печати, представляют собой погребения в колесницах с пышным вооружением, элитарными предметами. Это результат общения в виде торговли. Интернационализм Поздней бронзы – это в первую очередь торговля, интеграция в мир-систему Передней Азии.

М. Родин: Поздняя бронза – это расцвет Бронзового века, который настал перед последующим упадком.

А насколько большими были эти царства? Насколько они были объединёнными?

Б. Варданян: Ситуация похожа на Среднюю бронзу: нет письменных источников, и реконструкция происходит только за счёт материальной культуры. Исходя из предварительных данных, мы можем сказать, что по сравнению со Средней бронзой позднебронзовые локальные царства распространяются уже не по долинам, а занимают более обширные пространства. Они совпадают с физико-географическими границами, но в более логических масштабах.

Возьмём Ширак и Гегаркуник. В Гегаркунике мы видим Лчашен, влияние которого доходит до середины течения Раздана.

Там есть инкрустированная двухцветная керамика. То есть тот регион, по которому идёт дорога из Араратской долины в Севан, был под контролем Лчашена.

Ширакская долина была под властью ширакаванских правителей.

Ущелье от Араратской долины в Ширакскую долину контролировали поселения Артик-Арича, которые были, по-видимому, правителями этого региона.

Это очень предварительные рассуждения, но такие маленькие царства совпадают с раздроблённостью гаваров (регионов) в Средневековье, где образовались маленькие княжества.

Потом уже, в Раннем железном веке, мы видим более масштабные конфедерации, объединения племён в виде Этиуни, подплемён Этиуни: Эриахи, Удури и т.д., которые уже входили в более крупные образования.

То есть Поздняя бронза ставит начало политического объединения региона, который уже в XII-X вв. до н.э. образуется уже как Этиунское царство. Это образование становится основным противником Урарту.

М. Родин: Я так понимаю, в Позднюю бронзу возвращается земледелие, возвращаются крупные постоянные поселения, и при этом появляются крепости. Как выглядела жизнь? Как был устроен городок, как была устроена крепость?

Б. Варданян: Если взять хорошие экземпляры Поздней бронзы, например, Лчашен, Гехарот, Лернакерт, Ширакаван, это были поселения на холмах, которые были окружены укреплёнными стенами, циклопическими кладками. У них были цитадели. В укреплённых поселениях были места для священнодействий, которые можно назвать ранними храмами. Например, мецаморский храм, гехаротский храм, и т.д.

Эти поселения имели каменные дома, наверняка с деревянными крышами. В одном поселении могло обитать 2-5 тысяч человек. Это рассчитано, исходя из размеров поселений и количеств погребений в соседнем некрополе. Исходя из таких расчётов, в лчашенском поселении и в артикском поселении одновременно жило до 5-6 тысяч человек. Поскольку там некрополи очень обширные: там раскопано свыше 600-800 погребений.

В Севанском бассейне было рыболовство, земледелие, скотоводство. И антропологические исследования показывают, что у населения севанского региона была хорошо развита костная структура, поскольку они ели очень много рыбы, витамина D. У населения Ширака, где было много пшеницы, было много кариеса. В севанском регионе – мало кариеса.

Это было равномерно стратифицированное общество. Мужчины, женщины и дети имели социальный статус, поскольку в некрополях мы видим погребения и мужчин, и женщин, и детей. Это очень важный аспект, поскольку в следующую эпоху, в Раннем железном веке, мы не видим детских погребений в некрополях. Это связано либо с другими религиозными представлениями, либо мы просто не копали там, где надо.

Мы не видим милитаризации. Те виды вооружения, которые есть в Позднюю бронзу, в основном элитные. Но в эпоху Раннего железа мы видим милитаризацию. Есть уже закономерность в виде вооружения и возраста мужчин. Плюс добавляется травматизм. Плюс добавляется новое количество крепостей. Это всё говорит о милитаризации общества, формировании раннегосударственных образований.

Материальная культура от Поздней бронзы к Раннему железному веку, керамика, изменяется очень медленно. Изменяется металл. Изменяется общество. Изменяется погребальный обряд. Ингумации. Мы видим уже расчленения. Появляются коллективные погребения в обильном количестве, от трёх до двадцати и больше скелетов в одном и том же склепе.

С XIII века до н.э. начинается изменение общественного строя, климата, общества на всём Армянском нагорье.

М. Родин: Они воевали между собой, или это говорит о хуррито-хеттском давлении?

Б. Варданян: Реконструкция истории по данным археологии – это очень сложно и иногда очень опасно. Прямых свидетельств об этом нет. Сказать, что эти крепости были нужны чисто для защиты от врагов – тоже опасно. Поскольку явных следов разрушений, нападений друг на друга у нас нет. Есть данные, что одни племена нападали на другие, но они наверняка входили в одну конфедерацию.

В урартских текстах упоминаются названия царств, которые входили в конфедерацию Этиуни. И ожидать, что они воевали друг с другом, было бы нелогично, поскольку у них был другой противник. А сплочение против внешнего врага всегда было объединяющим фактором для развития милитаризации общества. И уже с XIII века до н.э. мы видим, что в ассирийских письменных источниках очень много говорится про страну Наири, про 72 царя, которые объединились против ассирийских царей Тиглатпаласара, Адад-нирари, Ашшурбанапала и других. То есть основным противником государственных образований Раннего железного века, согласно письменным источникам, была Ассирия.

Потом к этому добавляется Урарту. Урарту – это образование Армянского нагорья, и оно генетически и культурно восходит к местным культурам, а не к южной, ассирийской. Но имеется сильное влияние ассирийской культуры. Оно включает в себя и этиунские племена, становится объединённой культурой всего Армянского нагорья.

М. Родин: Что мы знаем сейчас про этот народ, Этиуни? Насколько я понимаю, их относят к индоевропейцам, которых завоевали хуррито-хетты Урарту. Правильно?

Б. Варданян: Являлись ли Урарту хуррито-хеттами – это историографический вопрос. То, что они писали на родственном хурритскому языке, не означает, что они говорили и думали на этом языке. Поскольку имена урартских царей – это не хурритские имена.

Что мы знаем об этиунцах? Мы имеем очень много топонимов от этиунского времени, сохранившихся в урартских источниках. Лингвисты объясняют эти слова с помощью индоевропейских корней и с помощью армянских топонимов. Например, упоминается топоним Абилиани, который эквивалентен армянскому Абелеанку, и т.п. Один из царей Этиуни Диуцини, который этимологизируется  с помощью корней «теос» и «генес», которые как «Багадат», как «Аствацатур». То есть в этом населении явно есть индоевропейские армянские корни. И уже данные генетических исследований погребений эпохи Раннего железа и Поздней бронзы показывают индоевропейскую гаплогруппу. И то, что один из наших коллег, Армен Петросян, объясняет само название Этиуни, как топоним «Хайк», «Хай», может в будущем послужить доказательством того, что ранний армянский язык был связан с этиунским образованием. И археологически прослеживается развитие культуры от Ранней бронзы до Раннего железа. То есть это логичное продолжение одной культуры и генетики, в котором протоармянская составляющая очень большая.

М. Родин: Концепция, которой ты придерживаешься насчёт Урарту – это что-то наподобие Древней Месопотамии, где был шумерский язык, который в какой-то момент стал элитарным и литературным. Потом таким же стал аккадский. И вы предполагаете, что Урарту тоже такое: они взаимодействовали на западе с хуррито-хеттами, зацепили эту элитарную культуру и распространили её по всей своей державе.

Б. Варданян: До реформ Ишпуини и Менуа они писали на ассирийском языке.

М. Родин: То есть на другой письменности?

Б. Варданян: Да. А после реформ они стали писать на хурритском языке, используя упрощённую версию клинописи. Это было связано с общей реформой. Поскольку реформы происходили не только в самом Урарту, но и в других регионах тоже. В Ассирии тоже происходили очень быстрые реформы и армии, и культуры, и календаря.

Правящая верхушка писала на хурритском языке, который был языком государственности. Но говорило ли основное население на том же языке, на котором делались клинописные надписи на камнях – это большой вопрос. Поскольку урартская архитектура – это элитарная архитектура. А из разных времён мы знаем, что элитарная культура может не сопоставляться с культурой народа. Возьмём эллинистическое время, возьмём Средневековье, где, например, в Англии короли говорили на французском, но народ говорил на английском.

М. Родин: Я думаю, это только первая программа из цикла эфиров, посвящённых истории Армении. Нам обязательно нужно разобраться с каменным веком и неолитом на этой территории, потому что там происходило очень много интересного. Ну и, конечно, поговорить про ту самую державу Урарту. Ну и, возможно, обратимся к классическому периоду и Средневековью.